Эта история произошла со мной пару лет назад. Даже не знаю, как начать.. Был вечер, над городом уже сгустились сумерки. После тяжёлого рабочего дня я стоял на остановке в ожидании автобуса. В этот раз было довольно безлюдно, лишь изредка проезжали машины. Я сел на остановочную скамейку рядом со спящим бомжом и начал вглядываться в окна жилых домов, находящихся на противоположной улице: люди возвращались с работы и зажигали свет, некоторые уже выключали. Я как загипнотизированный наблюдал за этой картиной, совершенно не заметив, как к остановке подошла девушка. Я даже не слышал её приближающихся шагов, она как будто возникла из ниоткуда. Светлые волосы, стройная фигура, белое платье до колен. Она была повёрнута ко мне спиной, и я не видел её лица. Я наблюдал за тем, как ветер развевал её прямые волосы. Я не мог оторвать взгляд от неё, и пошевелиться тоже. Меня как будто парализовало, и лишь спустя минуту я смог прийти в себя. Она всё так же продолжала неподвижно стоять ко мне спиной, глядя куда-то вдаль. Вдруг неожиданно резким движением она повернулась ко мне. Лицо у неё было очень красивое, но отдавалось какой-то грустью в её зелёных глазах. Боль, страх и ненависть излучали они, казалось, что всё зло этого мира сосредоточилось в одном целом, в её глазах. От этого наваждения меня отвлёк лежащий рядом бомж, который начал дёргать меня за рукав куртки. Я повернулся к нему.
— Эй, парень! — прошипел он своим пропитым голосом. — У тебя мелочи не найдётся, братишка?
Я повернул голову обратно на девушку, но её уже не было — она просто исчезла, так же незаметно, как и появилась.
— Ты не видел тут девушку в белом платье? — спросил я своего грязного соседа.
— Чё? Какую девушку, ты о чём? Мелочи мне дай, опохмелиться надо, братишка.
Подъехал мой автобус.
Той ночью я не мог заснуть, всё время думая об этой девушке. Кем она была и откуда взялась?
Я выпил корвалола и погрузился в сон, в жуткий и странный сон…
Я стоял перед большой чёрной дверью, а за ней раздавался громкий, я бы даже сказал, дикий плачь младенца. Он становился всё громче и, казалось, его уже ничем не заткнуть. Я попытался открыть дверь, но она была заперта. Я бил её руками и ногами, я хотел чтобы этот плачь прекратился, чтобы он успокоился, но всё тщетно…
Проснувшись утром, я обнаружил что за ночь исцарапал себе весь живот и шею. Я наложил несколько пластырей и, как ни в чём не бывало, пошёл на работу.
На работе коллегам сказал что царапины оставила строптивая шлюшка, которую вчера успел закадрить в каком-то дешёвом клубе. На самом деле в клубы я не хожу и никогда не ходил, ибо это удел быдла. Мой рабочий день прошёл довольно быстро. Я практически не вспоминал о своём сне и о той странной девушке. Закончив с делами, я с чистой совестью отправился домой.
Я подошёл к остановке и, купив пачку сигарет, стал ждать своего автобуса. На этот раз бомжа не было, и скамейка пустовала. Я закурил и, как обычно, начал вглядываться в окна жилых домов на противоположной улице, в которых методично начинал загораться свет. Мимо меня проезжали машины, по тротуару изредка проходили подвыпившие компании молодых людей, но я не обращал на них внимания. Я сел на остановочную скамейку, ещё раз затянул в себя сигаретный дым и закрыл глаза. В воздухе пахло какой-то гарью и блевотиной, оставленной моим вчерашним бездомным соседом. Я был словно в вакууме. Там, сидя на остановке, мне казалось, что я отрёкся от всего внешнего мира, погрузившись в собственное, созданное мной бытие.
Я открыл глаза и увидел белый силуэт на противоположной улице — это была та загадочная девушка в белом платье. Она стояла неподвижно и смотрела на меня, будто маня к себе. Меня охватила дрожь, я не знал, как мне реагировать на это и я просто смотрел на неё в ответ. Немного помешкавшись, я решился. Бросив сигарету я, не отрывая от неё взгляда, направился к пешеходному переходу. Быстро перебежав дорогу, я подошёл к ней:
— Простите, мы не знакомы? — спросил я, пристально вглядываясь в её зелёные глаза.
Она всё так же молча продолжала смотреть на меня, как будто изучая.
— Ты.. Ты должен мне помочь, — испуганным голосом сказала она.
— Как помочь? Что случилось?
— Иди за мной.
Сердце бешено билось в груди, но я всё же согласился.
Всё то время что мы с ней шли, мне казалось, что у проходящих мимо нас людей не было лиц — я был словно во сне. Мы прошли с ней несколько кварталов и зашли в арку жилого дома, пройдя несколько дворов мы остановились у небольшого, старого двухэтажного дома с облезшими стенами.
— Зачем мы пришли сюда? Что всё это значит?
Ветер усиливался, растрёпывая её светлые волосы. Луна в ночном небе светила ярче, чем обычно; будто кто-то из дальнего космоса фонариком освещал этот грешный город.
— Мы уже почти пришли.
Она открыла старую деревянную дверь в подъезд и жестом позвала меня. Войдя, мне в нос сразу же ударил запах сырости и оставленного кем-то дерьма в углу, от которого я чуть не блеванул, но сдержался и сразу же закрыл нос курткой. Она спокойно начала подниматься по лестнице на второй этаж и я последовал за ней, стараясь смотреть под ноги и не касаться стен, что было довольно сложно при таком тусклом освящении. Поднявшись, мы подошли к единственной двери на этом этаже.
— Ключ под ковриком — сказала она тихим голосом.
Я посмотрел вниз и еле как разглядел в темноте входной коврик с надписью: «Добро пожаловать!». Подняв его, я ничего не обнаружил, но заметил, что одна из деревянных досок как-то криво лежит. Я поднял её и действительно, там лежал небольшой ключ. Мне уже стало совсем хреново, я обернулся, но девушки уже не было. Она снова исчезла, оставив меня одного в этой клоаке, чёртова сучка! Я попытался выстроить логическую цепочку, но вся эта ситуация не поддавалась никакой логике. Девушка, дом, ключи. Жуткую тишину нарушало лишь биение моего сердца, которое, казалось, сейчас вылетит из груди. Я немного успокоился и решил действовать до конца. Освещая дверной замок светом от экрана мобильного телефона, я сунул ключ в замочную скважину и пару раз повернул против часовой стрелки. Открыв дверь, я ещё несколько секунд потупил, но всё же зашёл туда. Освещая перед собой мобилой, я начал осматриваться: обои на стенах были ободраны, мебели почти не было, на полу валялись запылившиеся иконы. Пройдя прихожую, я наткнулся на дверь в комнату, но она была заперта, и мои попытки открыть её силой не увенчались успехом. Я отошёл немного назад и с разбегу выбил её ногой. То, что я увидел дальше, заставило меня высрать не один десяток кирпичей. Комната с облезшими стенами, на полу валялись куски от обоев, окно было забито деревянными досками, а под ним батарея, к которой были прикованы цепью два ребёнка, мальчик и девочка. Они с ужасом глядели на меня, а я на них. На тот момент я потерял дар речи. Придя в себя, я позвонил в полицию…
Я сидел на скамейке рядом с домом и, поднося дрожащими руками сигарету ко рту, наблюдал за происходящим. У подъезда стояли две полицейские машины с мелькающими сиренами и скорая помощь. На носилках из подъезда по очереди выносили двух детей и помещали в машину. Ко мне подошёл сержант полиции, он что-то начал мне говорить, но я не слышал его. Я вообще ничего не слышал. Я сидел и молча наблюдал за тем, как карета скорой помощи уезжала куда-то вдаль.
Меня отвезли в участок для дальнейшего выяснения всех обстоятельств. Я не помню, сколько точно времени там находился, но то, что я узнал, заставило меня пересмотреть все свои взгляды на мир.
Мать этих детей погибла в аварии год назад, а дети остались с больной на голову бабкой, которая их часто избивала за малейшие проступки, а затем и вовсе решила избавиться от них, заморив голодом. Она отвела их в одну из своих пустующих квартир и посадила на цепь, где они пробыли по меньшей мере 4 дня без еды и воды. Бабку в ту же ночь задержали и отправили на обследование в психбольницу. Мне стали показывать фотографии этих детей и их родных. На последней фотографии была их мать, погибшая год назад. Когда мне показали её, я просто онемел. По всему телу пробежала дикая дрожь. Это была та самая зеленоглазая девушка в белом платье.
